Форум
Консультации

Здесь рассказывается о том, что такое психологическая помощь, какой она бывает и когда следует обращаться к специалистам.

О проекте «ПсиСтатус»

В этом разделе мы говорим о смысле и назначении проекта.

Контактная информация

Подробнее об авторах проекта. Адреса, телефоны, карта проезда.

Депрессия и мания. Лечение депрессии. Мания: симптомы и лечение мании

В психоанализе чаще обсуждалась только депрессивная фаза маниакально-депрессивных расстройств. И на самом деле психоаналитики изучили состояние депрессии гораздо лучше, чем манию. Чисто описательно стержень мании составляет непомерно высокое самоуважение. Утверждение, что у маниакальных пациентов отсутствует совесть или ее влияние крайне ограничено, имеет тот же самый смысл, поскольку совестливость повышается с понижением самоуважения.

Любые проблемы мании можно рассматривать как с позиций повышения самоуважения, так и с позиций уменьшения совестливости. Все виды активности после устранения торможений интенсифицируются. Пациенты испытывают голод по объектам не потому, что нуждаются в поддержке и заботе с их стороны, а чтобы реализовать свой потенциал и избавиться наконец от расторможенных побуждений, которые ищут разрядки. Они не только испытывают голод по новым объектам, но и чувствуют освобождение. Блокирование ослабевает, энергия, затрачиваемая прежде на сдерживание побуждений, теперь изливается, используя любую возможность разрядки. Другими словами, в мании осуществляются вожделения депрессивной фазы. Происходит не только нарциссическое удовлетворение, которое снова делает жизнь желанной, но близка полная нарциссическая победа, словно в распоряжении пациента неожиданно оказались все доступные материальные ресурсы. Тем самым первичное нарциссическое всемогущество относительно восстанавливается и жизнь ощущается с неправдоподобной силой.

Фрейд утверждал, что в маниакальном состоянии различие между эго и суперэго исчезает. Если в меланхолии эго совершенно бессильно, а суперэго всемогуще, то в мании эго восстанавливает всемогущество, либо посредством триумфа над суперэго и обретения первоначального всемогущества, либо вступив в союз с суперэго и участвуя в его власти. Милосердное настроение маньяка экономически следует интерпретировать как признак сбережения психических сил. Его настроение демонстрирует, что напряжение между суперэго и эго, которое было крайне велико, резко спало. В мании эго неким образом освобождается от давления суперэго, конфликт с «тенью» утраненного объекта завершается и происходит «празднование» этого события. Как уже отмечалось, маниакально-депрессивный пациент амбивалентен к собственному эго.

В депрессии он демонстрирует враждебные элементы этой амбивалентности. Мания выносит на поверхность другую сторону амбивалентности, крайнюю самовлюбленность. Что делает возможным такую перемену? Если нечистая совесть — нормальная модель депрессии, то «чувство триумфа» — нормальная модель мании. Анализ этого чувства показывает, что оно возникает всякий раз, когда отпадает необходимость в затратах, связанных с амбивалентными реакциями бессильного субъекта на могущественный объект. Триумф означает: «Я снова силен» и испытывается тем интенсивнее, чем неожиданнее переход от немощи к силе. Триумф — дериват наслаждения ребенка, когда взрослеющее эго чувствует: «Мне не нужно больше бояться, я способен справиться с тем, что прежде казалось опасным. Теперь я столь же силен, как всемогущие взрослые».

Способы, которыми осуществляется участие во вселяющей уверенность силе, варьируют от (первородного) убийства всемогущего тирана с целью занять его место до льстивой покорности с целью получить позволение тирана на соучастие. У человека всегда поднимается настроение, когда он избавляется от обязательств, ответственности или вообще зависимости (бунтарский тип триумфа), а также при получении внешнего или внутреннего прошения: когда выдерживается некая «проверка», снова чувствуется любовь со стороны окружающих и возникает ощущение правильности содеянного (подобострастный тип триумфа). Достигается ли подобного рода освобождение от давления суперэго в мании? Клиническая картина мании свидетельствует именно об этом.

Несомненно, что бывшее при депрессии давление прекращается, и триумфальный характер мании обусловлен высвобождением энергии, прежде связанной в борьбе и теперь ищущей разрядки. Избыток побуждений, в основном оральной природы, вместе с повышенным самоуважением рождают чувство «богатства жизни» в контраст гнетущей «опустошенности», испытываемой при депрессии. Видимая гииергенитальность типичных маньяков имеет оральное происхождение и направлена на повальную инкорпорацию. Абрахам описал это состояние как усиление «ментального метаболизма». Пациент испытывает голод по новым объектам, но он также очень быстро избавляется от объектов, отделывается от них без всякого раскаяния.

«Инкорпорация всех подряд» подтверждается данными Левина о том, что при маниакальном состоянии характерна множественная идентификация. Левин описал пациента с маниакальными приступами, соответствующими отреагированию первичной сцены (половой акт родителей), причем проявлялась идентификация с обоими родителями. Типичные «неискренние» поведенческие паттерны маньяков могут обусловливаться временной и относительно поверхностной идентификацией с внешними объектами. Во всех обществах имеет место институт «фестивалей», т. е. запреты со стороны суперэго временно отменяются. Подобные фестивали основываются, конечно, на социальной необходимости. Любое общество вызывает у своих членов неудовлетворенность, необходима «канализация» запруженных тенденций к бунтарству с минимальным ущербом.

Один раз в году при церемониальных гарантиях и специфических условиях бунтарским тенденциям позволяется выплеснуться. «Суперэго устраняется», и немощи позволяется разыграть «соучастие». Это создает хорошее настроение на год и облегчает послушание. Хорошее настроение на празднествах, несомненно, коррелят мании. Фрейд утверждал, что периодичность циклотимии, как и празднеств, основывается на биологической закономерности. Существует потребность время от времени устранять все различия в психическом аппарате. Во сне эго погружается в ид, из которого возникло. Схожим образом на фестивалях и в маниакальном состоянии суперэго растворяется в эго. За постановкой трагедии следует сатирический спектакль. После богослужения перед церковью разворачивается веселая ярмарка. Трагедия и сатирическое зрелище, богослужение и ярмарка имеют одинаковое психологическое содержание, но к этому содержанию по-разному относится эго. Что угрожает в трагедии и богослужении, забавляет в сатирических пьесах. Данная последовательность наверняка восходит к циклу пребывания под гнетом и низвержения власти.

Первоначальное чередование гнета и бунта со временем замещается установлением празднеств между периодами авторитарного подавления. Интропсихически та же последовательность репрезентируется циклом чувствования вины и бессовестности, а позднее циклом чувствования вины и прошения. Что некогда происходило между вождями и подданными интернализируется и происходит между суперэго и эго. В монографии «Тотем и табу» Фрейд выдвинул филогенетическую гипотезу о становлении данного цикла. Маниакально-депрессивный цикл — это цикл нарастания и убывания чувства вины, «аннигиляции» и «всемогущества», наказания и новых проступков. В конечном анализе этот цикл восходит к биологическому циклу голода и насыщения младенца. Тем не менее сохраняется одно существенное различие между маниакальным приступом и нормальным триумфом, основанном либо на реальной победе над внешней или внутренней тиранией, либо на достижении участия во всемогуществе.

Маниакальные явления из-за своей утрировки не производят впечатления подлинной свободы. Психоанализ мании показывает, что страхи пациента перед суперэго, как правило, полностью не преодолеваются. На бессознательном уровне страхи по-прежнему действенны, и в состоянии мании пациент страдает от тех же комплексов, что и при депрессии. Но против этих комплексов успешно используется защитный механизм отрицания посредством гиперкомпенсации. Утрированный характер маниакальных явлений обусловлен тем, что они — формирования реактивного типа, которые направлены на отрицание противоположных установок. Мания не подлинная свобода от депрессии, а стесненное отрицание покорности. Свобода часто притворна, повторяется притворство ребенка, использующего в борьбе с нарциссическими шоками примитивный механизм отрицания и другие защитные механизмы.

Пациенты осуществляют проекцию, когда в состоянии мании считают себя объектом всеобщей любви или на параноидный манер убеждены, что с ними дурно обращаются и они вправе поэтому вести себя как им заблагорассудится. Некоторые маньяки преследуют других именно за те особенности, которые в период депрессии ненавидят в себе.

В некоторых случаях продолжение действенности суперэго очевидно: маниакальное поведение рационализируется или идеализируется как устремление к некой идеальной цели. Освобождение тогда поддерживается контркатексисом и существует опасность повторения депрессии. Утрированная форма протеста соответствует утверждению: «Я больше не нуждаюсь в контроле». Все или многие побуждения — агрессивные, чувственные, нежные — подвергаются разрядке. Но «вместе с водой из ванны выплескивается ребенок», разум развенчивается вместе с суперэго. Возникает состояние, схожее с первоначальным господством принципа удовольствия, когда не учитывалась реальность. Разумное эго разрушается, на этот раз не воздействием суперэго, а вследствие отказа от разумных ограничений.

В мании сбываются опасения невротиков относительно собственного возбуждения: эго разрушается инстинктивными побуждениями, разряжающимися неконтролируемым путем. Пациенты снова становятся нарциссичными, хотя в иной форме, чем при депрессии. С восстановлением первичного нарциссизма и исчезновением чувства вины они уподобляются сосункам, которые при получении пищи утрачивают представление об объектах.

Маньяки мало спят, они напряжены и испытывают неодолимые влечения в силу двух обстоятельств:

1) в противоположность ребенку, они запруживали свои побуждения многие годы и вкладывали всю ментальную энергию в «тонические» интропсихические катексисы, которые становятся излишними и нуждаются в отреагировании;

2) утрированным поведением отрицаются противоположные бессознательные установки.

Уже упоминалось, что патологические влечения защищают от депрессии, поскольку представляют другой способ достижения тех же целей. Существует определенное взаимоотношение между специфическими патологическими влечениями и маниакальными неспецифическими влечениями, многие импульсивные неврозы фактически являются эквивалентами мании. Маниакально-депрессивный цикл в конечном анализе прослеживается к циклу насыщения и голода, что снова поднимает проблему периодичности. Периодичность — биологический фактор. Этот фактор в первую очередь отражает ритмичность, присущую всему живому. Фрейд предположил, что периодический отказ от дифференциации психического аппарата, связанный с «давлением», обусловлен биологической необходимостью. Но в родственности состояний отсутствия суперэго и насыщения младенца, угрызения совести и голода обнаруживается еще один тип биологического чередования.

Смена насыщения голодом неизгладимо отпечатывается в памяти. Всякое чередование наслаждения и боли воспринимается как следование паттерну этой памяти. После боли ожидается наслаждение и наоборот. Согласно первозданному представлению, любое страдание компенсируется наслаждением, а любое наказание допускает совершение греха. Наказание и утрата родительской любви воспринимаются аналогично голоду, а прошение соответствует насыщению. После интроекции родителей эго повторяет интроисихически тот же паттерн в отношении суперэго. В депрессии эго больше не чувствует любви со стороны суперэго и ощущает себя заброшенным, его оральные желания не реализуются. В мании эго получает прощение, и его любовно-оральный союз с суперэго восстанавливается. Признание такого соотношения все же не полностью отвечает на вопрос о природе периодичности.

Остается загадкой, почему в одних случаях имеется внешняя причина (явная или скрытая) смены фазы, в других же случаях смена фазы соответствует только биологическому ритму. Например, психоанализ депрессивного состояния при менструации показывает, что менструация субъективно воспринимается как фрустрация со значением: «У меня нет ни ребенка, ни пениса», однако нельзя избавиться от впечатления о вовлечении в эту депрессию чисто биологических факторов.

Консультация психолога и лечение мании

Хотите разместить эту статью на своем сайте?

Подписка на рассылку

Статьи по психологии

Пациентам:

О нас

Особенностью нашего подхода и нашей идеологией является ориентация на реальную помощь человеку. Мы хотим помогать клиенту (пациенту) а не просто "консультировать", "проводить психоанализ" или "заниматься психотерапией".

Как известно, каждый специалист имеет за плечами потенциал профессиональных знаний, навыков и умений, в которые он верит сам и предлагает поверить своему клиенту. Иногда, к сожалению, этот потенциал становится для клиента "прокрустовым ложем" в котором он чувствует себя, со всеми своими особенностями и симптомами, не уместным, не понятым, не нужным. Клиент,  даже, может почувствовать себя лишним на приеме у специалиста, который слишком увлечен собой и своими представлениями. Оказывать психологическую помощь или предлагать "психологические услуги" - это совсем разные вещи >>>

Сообщения форума

Карта форума

Страницы: 1 2 3
Интернет магазин спортивного питания

Москва, Неглинная ул., 29/14 стр. 3

Тел.: +7 (495) 517-96-97

Написать письмо

2006—2015 © PsyStatus.ru

Использование материалов сайта | Сотрудничество и реклама на сайте | Библиотека | Форум

Rambler's Top100